Работы номинантов премии «Инновация» представили в «Руинах»

Выставка проходит на необычной площадке

Премия «Инновация» в новых руках команды Музейно-выставочного центра РОСИЗО начала оправдывать свое наименование и претензии на звание самой престижной награды в области современного искусства в нашей стране. За неделю до объявления победителей предъявили выставку номинантов этого года. Сделали это в Музее архитектуры, во флигеле «Руины» — пространстве столь фактурном, что у многих сложилось уверенность в нашей способности конкурировать с венецианскими палаццо, подчас заполненными по-настоящему хорошим современным искусством.

Работа арт-дуэта ЕлиКука. Предоставлено пресс-службой премии.

Напомним, до недавнего времени за «Инновацию» отвечал Государственный центр современного искусства (ГЦСИ), в последние годы слегка дискредитирующий премию предсказуемостью результатов и слабыми выставками ее номинантов. Достаточно сказать, что их работы показывались не целиком и часто даже не фрагментарно, а просто в виде фотографий или видео. То, что это было как минимум скучно, отмечали многие специалисты. После «слияния» ГЦСИ с РОСИЗО, от которого большинство ничего хорошего не ждало, ситуация резко изменилась. За «Инновацию» взялась молодая, но опытная команда со свежими взглядами, первые плоды работы которой и наблюдаем на выставке номинантов.

«Руины» — выставочное пространство устроил покойный директор архитектурного Давид Саркисян; здесь же, под стеклом, — его знаменитый, заваленный всевозможными знаковыми предметами кабинет. Само здание освежилось после масштабной реконструкции и открыло двери для первого проекта. Атмосфера здесь — венецианская: огромные залы, много воздуха, деревянные перекрытия и стены из красного кирпича с белыми вкраплениями, прямо как в городе на воде. Второй этаж «захвачен» художниками, претендующими на звание лучших.

В центре внимания — фрагмент выставки «Взгляни на дом свой» Леонида Тишкова, которой он покорил нижегородский «Арсенал». Кукольный мальчик в тельняшке лежит в лодке с веслом и облокачивается на оливковую сеть, часть которой, с привязанными к ней миниатюрными водолазами из шерсти, свисает в воображаемое море. Ныряльщик побольше притаился за судном и глядит на него (даже сквозь маску видно) как завороженный. Это он глядит на не лодку и не на мальчика, а на здоровенную светящуюся луну. Так же ярко горит и раскрытый советский чемоданчик, внутри которого — черно-белая фотография женщины и мужчины.

Работа Леонида Тишкова. Предоставлено пресс-службой премии.

— Это военная фотография моих родителей, — говорит Тишков. — Перед вами — сцена из римской трагедии, раз уж мы в «Руинах», которые всегда навевают образы жизни и смерти. Мальчик Леша (меня так звали в детстве) отправляется на лодке в Нижний мир, где живут его ушедшие родственники. Луна освещает ему дорогу, как у уральских шаманов, которые вешали на грудь значок месяца, чтобы попасть в загробный мир. Сетью Леша вылавливает души родственников… На выставке в Нижнем я устроил выставку-спектакль с этими предметами, подключив актеров и превратив инсталляцию в поле театрального эксперимента.

Рядом — Ирина Нахова со своим «Взглядом», скрещивающим классическое искусство с высокими технологиями. На долгое и внимательное всматривание провоцируют ее экраны с видеоработами, созданными по мотивам картин из коллекции ГМИИ им. Пушкина, где и проходила выставка: «Грехопадение» Лукаса Кранаха Старшего, «Портрет Адриана Стевенса» Антониса ван Дейка, «Портрет старой женщины» Рембрандта. Переосмысление этих работ Наховой позволяет проследить, как из темноты проступают детали: кружевной воротник, полы накидки, части тела… И взгляд тут не гуляет по деталям, а постепенно схватывает достоинства изображения и процесс создания произведения.

— Я сделала все возможное, чтобы не насиловать своей работой пространство, а вписаться в него, — признается Нахова. — Пушкинский музей перенасыщен и требует минимального вмешательства. Что касается премии, то художник делает все в конечном счете для себя и знает, что он сделал правильно, а что нет. Поэтому суждения других в один момент становятся бессмысленными. Отношусь к ним просто как к фактам жизни, которые не влияют на мое дело.

Еще из главных фаворитов на победу — Группа ЕлиКука с «Шершавым маршрутом», по которому молодые художники отправляли посетителей Мультимедиа Арт Музея (МАММ). В «Руинах» по нему пройтись никто не решается, хотя дорожки, покрытые зеленым ковриком и туалетными ершиками, так и манят к этому. А по бокам стоят ящики с надписями «Дебилизм» и «Импрессионизм». О том, что в них, можно узнать, засунув руку внутрь…

Ирина Нахова. “Взгляд”. 2016. Предоставлено автором.

— Важную роль в выставке играет сложное и сильное пространство флигеля «Руины», с которым нельзя бороться, а можно только дружить и которое само по себе является бесценным экспонатом, — отмечает куратор выставки Анна Зайцева. — Поначалу экспонирование здесь произведений, созданных для классического «белого куба», казалось проблемой, но в результате обернулось большой удачей и идеологически очень точным местом именно для выставки номинантов.

Экспозиция делится на три зоны: кроме выставочной части с проектами художников есть медиатека с работами из номинаций «Проект года», «Куратор года» и «Региональный проект», библиотека-гостиная, где знакомят с номинациями «Образовательный проект» и «Книга года: теория и история современного искусства», показывают книги о художниках-номинантах и каталоги, изданные к номинированным выставкам. Где 30 мая устроят церемонию награждения — сохраняется в секрете. Так что интриг нам обновленная «Инновация» подготовила достаточно.

Источник