Возвращение блудного «Новичка»: есть ли угроза для саммита Путин-Трамп

Конфликт Запада и России можно раздуть очень скромными средствами

«Новичок» — это для Британии уже совсем не новичок, а, скорее, старый недобрый знакомый. Но на эффективность этого отравляющего вещества прошедшие с момента начала громкого российско-британского скандала четыре месяца, похоже, никак не повлияли. Мы имеем пусть не стопроцентный, но все же очевидный эффект дежавю: снова сонный британский городок, о котором никто ранее в нашей стране особо не слышал. Снова жертвы из числа «мирного местного населения».

фото: pixabay.com

И снова британские министры указывают на «руку Москвы». О возможных политических последствиях неожиданного возвращения «Новичка» не хочется даже думать — не хочется, но все же придется. Засевшая в британской глубинке зараза прочно стала фактором международной политики.

Недавно я прочитал мемуары знаменитого британского тележурналиста Джона Симпсона и узнал из них, в частности, какую цену «мужественному британцу» пришлось заплатить за несанкционированную фотосъемку здания КГБ на Лубянке в застойные годы.

Не желая щелкать затвором фотоаппарата в открытую, Симпсон в целях конспирации заскочил в близлежащее кафе и опять же в целях конспирации съел там «отвратительного вкуса» котлету. Трюк удался. Никто не заметил, как журналист Би-би-си сфотографировал штаб-квартиру ведомства Андропова через окно кафе. Но «длинная рука КГБ» Симпсона все же достала: после той котлеты у него завелись глисты.

Я извиняюсь за излишний натурализм этой истории. Однако о некоторых событиях — типа очередного явления «Новичка» на британских берегах — просто невозможно говорить и писать без использования соответствующего рода лексики.

Не поймите меня неправильно. Британскую пару, ставшую, по всей видимости, случайной жертвой «Новичка», безумно жалко. Но вот что вызывает у меня самое настоящее бешенство, так это патологическая неспособность политиков двух стран договориться друг с другом — неспособность, которая превращает странную уголовную историю в проблему, отравляющую мировую политику.

Для начала пара цитат. Заместитель министра внутренних дел и министр безопасности Великобритании Бен Уоллес в эфире Би-би-си: «Российское государство могло бы исправить ситуацию. Я жду звонка от российского государства. Это мое предложение. Именно они могли бы дать ключи к разгадке, что поможет обеспечить безопасность людей».

Пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков в разговоре с журналистами: «Мне неизвестно о том, что были какие-то обращения (Великобритании к РФ в связи с инцидентом)».

Заявления каждого из этих двух политиков по-своему логичны. Бен Уоллес — это всего лишь рядовой заместитель министра. Он обязан следовать общей политической линии своего правительства, которая сводится к попыткам разговора с Россией с позиции силы. Дмитрий Песков абсолютно прав в том, что заявление официального лица в телеэфире необязательно должно считаться обращением одного правительства к другому. Но вот что получается в результате сложения этих двух логик? Тупик и полная бессмыслица — бессмыслица, которая вовсе не является неизбежной.

В начале этого года в американских СМИ промелькнула информация о визите в Вашингтон тройки руководителей российских спецслужб: директоров ФСБ и СВР, а также начальника ГРУ. У меня вопрос: почему директор ЦРУ может общаться со своими российскими коллегами напрямую, а руководители британских спецслужб — нет? Неужели между Москвой и Вашингтоном меньше проблем и противоречий, чем между Москвой и Лондоном? Почему диалог между Россией и Великобританией сейчас фактически подменен «мегафонной дипломатией»? Кому от этого лучше?

Все эти недоуменные вопросы следует в первую очередь адресовать Лондону, который в одностороннем порядке фактически заморозил отношения с Москвой.

Но в ситуации с «Новичком» в Великобритании нет моральной однозначности. И лишним тому доказательством стало то, как некоторые российские СМИ интерпретировали процитированное выше заявление Бена Уоллеса: мол, замглавы МВД Великобритании сообщил, что «инцидент в Эймсбери не был «российской атакой». Это ведь не совсем то, что имел в виду Бен Уоллес, не правда ли?

Но довольно спорить о том, кто больше виноват. Поговорим лучше о последствиях разрушения цивилизованных межгосударственных отношений между Москвой и Лондоном. Таких последствий несколько, и все они крайне вредны для международной стабильности.

Перерезав каналы диалога с Россией, власти Великобритании как минимум серьезно ослабили свою способность обеспечивать безопасность собственных граждан на своей же территории. Москва оказалась в роли вечно виноватого — виноватого потому, что официальному Лондону это кажется «наиболее вероятным». Ну а переговорный процесс между Россией и Западом впал в зависимость от мелких уголовных эпизодов на британских берегах.

Я не думаю, что отравление двух британских обывателей в Эймсбери — результат некоего заговора, направленного на срыв встречи Трампа и Путина. Но то, что я думаю, в данном случае не имеет значения. Значение имеет то, что политический фон перед российско-американской встречей в верхах уже несколько поменялся и может измениться еще сильнее.

Какой урок из этого извлекут потенциальные политические манипуляторы всех мастей? Подозреваю, что следующий: конфликт между Россией и Западом можно раздувать и гасить с помощью использования очень скромного объема ресурсов. Не знаю как вам, но мне от этого вывода становится по-настоящему страшно.

Читайте материал «Любовница отравленного в Солсбери «Новичком»: «Мы все — община бездомных»

Читайте наши новости первыми – добавьте «МК» в любимые источники.

Источник