Диджей Армин ван Бюрен: “Музыка должна восстановить мир”

Один из лучших мировых транс-музыкантов дал интервью «МК» после концерта в Москве

Прошедшее недавно шоу Armin Only Embrace стало самой масштабной постановкой за более чем 20-летний путь Армина ван Бюрена на сцене. За это время он успел не единожды стать номером один в Топ-100 диджеев по версии DJ Magazine и в течение 5 лет удерживаться в пятерке лучших в этом рейтинге, покорить весь мир и завоевать множество наград, включая Грэмми (Армин — один из четырех транс-музыкантов, получавших премию за всю истории Американской академии звукозаписи). Артист раскрыл «МК» секреты «долгоиграющей» популярности, поделился мыслями о том, в чем миссия электронной музыки, и объяснил, почему будущее за жанровой эклектикой.

фото: ru.wikipedia.org

– Армин, положа руку на сердце, можете ли вы сказать, что в вашей музыке есть некая идеология? Или все-таки электроника создана только для танцев и развлечения?

– Ее уникальность как раз в том, что она может выполнять сразу несколько функций, вызывать разные мысли или эмоции — заставить человека танцевать, почувствовать себя счастливым, а может быть — вдохновиться на создание собственного произведения искусства. Такие случаи не редкость, к тому же я уверен, что будущее за эклектичными формами творчества, и то, что происходит в культурном мире сегодня — тому подтверждение. Если говорить о прошедшем шоу, то зрители могли увидеть, какую масштабную работу мы проделали. Пожалуй, это была самая большая команда, с которой я когда-либо отправлялся на гастроли. Мне каждый раз хочется показать нечто новое, взять высоту, на которую я еще не поднимался. В нашем коллективе, занимавшемся подготовкой, приняло участие около 40 человек, в том числе самые разные музыканты – хип-хоп исполнитель Mr. Probz, певец Симо Франкел, участники датской группы Kensington.

– То есть вы открыты коллаборациям с самыми разными артистами — не только работающими в электронной стилистике?

– Я всегда двигался по этому пути. И меня с детства увлекали самые разные жанры и направления, хотя, конечно, привлекали больше те экспериментаторы, которые смешивали неожиданные «ингредиенты», обрамляя их электронным звучанием. Я с 10 лет впитывал в себя музыку, как губка. Обожаю Бена Либранда, который по праву считается основателем студийного диджеинга в Европе, я фанат Жана-Мишеля Жарра, разрушившего все рамки и каноны между стилями и формами. Когда я начинал заниматься музыкой сам, не думал о том, какое будущее на этой стезе меня ждет, просто делал то, чего не мог не делать. Слава богу, я не стал юристом, хотя и пошел учиться на юридический.

– Массовая популярность пришла к вам еще в 1995, когда вы выпустили трек «Blue Fear». Сильно ли с тех пор изменились тенденции?

– Этому способствовало стремительное развитие технологий. Сегодня практически любой может стать продюсером или диджеем, но не у каждого есть чутье. Доступность всех этих возможностей расхолаживает некоторых ребят, а некоторые наоборот — еще сильнее загораются от осознания того, что в их руках находится целый мир, и в нем они как демиурги, способные создать свою звуковую вселенную, не похожую ни на что другое. Главное не сойти с ума и не впадать излишне в эйфорию — все равно важно сначала получить бэкграунд, освоить азы, почувствовать гармонию, узнать очень много нюансов, прежде чем ты сможешь создать что-то действительно стоящее. Хотя иногда новичкам везет, но это скорее случайное попадание в цель.

– То есть электронная музыка — это высшая математика? Ее можно выстроить чисто технически?

– Я этого не говорил. Я всего лишь сказал, что ты должен знать свой инструментарий. Не каждый человек, умеющий готовить, – талантливый повар, далеко не каждый исполнитель, владеющий техникой, гениален, к тому же когда речь идет о создании своей собственной музыки, а не только об исполнительстве.

– У вас есть какие-то рецепты создания хитов?

– Парадокс и одновременно «рецепт», как вы выражаетесь, наверное, заключается как раз в том, чтобы ни в коем случае не думать «сейчас я сяду и напишу хит». Когда ты с головой погружаешься в процесс, места для таких мыслей просто не остается, начинается путешествие по новым неизведанным территориям, и в какой-то момент рождается идея, мелодия, находятся нужные приемы, чтобы воплотить задуманное в «партитуру». Кроме того, всегда нужно оставлять воздух для импровизации.

– Вы стабильно держитесь в пятерке самых известных мировых диджеев. Ощущаете ли вы конкуренцию?

– Ее создают многочисленные рейтинги, которые публикуют журналы, сайты, создают радиостанции. Но мне интереснее узнавать что-то новое от других диджеев и продюсеров, сотрудничать с ними, обмениваться мнениями о том, что происходит на мировой сцене. Для этого я и создал больше 10 лет назад радиошоу «A State of Trance», чтобы сделать историю электронной музыки более открытой, делиться со слушателями новыми композициями, рассказывать им о новых артистах. Наверное, я бы не делал этого, если бы считал их конкурентами. И возвращаясь к самому первому вопросу — об идеологии моей музыки, наверное, ее идеально характеризует название прошедшего шоу «Embrace». В переводе с английского это значит «объятие», и мне хочется обнять весь мир, когда я пишу и играю свои треки, сделать так, чтобы люди почувствовали единение. В современном мире и в контексте всех событий, происходящих в нем сейчас, это очень важно.

Источник