В Электротеатре провели психотерапевтический эксперимент

На московской сцене представлен интернациональный проект четырех художников

Каждый раз, когда приходишь в Электротеатр «Станиславский», не знаешь, чего ожидать. Так и в этот раз: новый проект с необычным названием «Songs from Oblivion. Песни Пца» оказался грандиозным спектаклем, сделанным художниками из разных стран (Россия, Тайвань, Англия, Греция), работающими в области перформативного искусства. Темой и визуальным решением спектакль чем-то напоминает ранее поставленный Александром Зельдовичем на этой же сцене «Психоз» по пьесе Сары Кейн. Кажется даже, будто это такой театральный диптих депрессии — исследование на тему человеческих состояний, очередной эксперимент синтеза искусств. С подробностями корреспондент «МК».

Фото: Олимпия Орлова

Пустота, никаких декораций — только восемь больших белых экранов зависли над сценой. То, что будет происходить, — это не инсталляция, не театр и даже не киноспектакль — действие находится как бы между жанров, в причудливой форме нового художественного языка, когда происходящее на экране коррелирует с разыгрываемым перед зрителем.

«I’m no name. I’m nothing, just nothing», — говорит с экрана девушка Айвинг (актриса и перформер Айвинг Хсу; Тайвань). Именно она и будет главной героиней телевизионного лайф-коуч-шоу «Выйти из реальности», внутрь которого попадают зрители.

Вот мы смотрим хроники ее дневника — героиня распадается на фрагменты в своих селфи-видео, как и ее сознание. Пребывает в депрессии, произносит бесцветным тоном свои страшные монологи. «Я ничто, — говорит она. — Я не чувствую себя ничтожеством, я не чувствую ничего…». Условный разговор с публикой на самом деле является диалогом с собой. Зал замирает, вслушиваясь, вернее, вчитываясь в ее слова — весь спектакль идет на английском языке в сопровождении субтитров на русском. Этот вынужденный художественный метод режиссера — использование интернационального английского — создает обманчивое ощущение дистанции и подглядывания. Будто находишься на популярном американском шоу, и ведущая, внешне отдаленно похожая на Опру Уинфри (актриса и режиссер Николь Янг; Англия), учит подопечных жить по знакомой методике «мы заставим вас захотеть».

Многое в спектакле срабатывает по принципу узнавания. Здесь есть и извечные вопросы «кто я?», «что делать?», и хлесткая ирония — высмеивание общественных стереотипов. Так, например, сексапильная певица Анна Гоула из Греции (актриса, видеорежиссер и художник Хара Колаити) — это гротесковое изображение типичной поп-звезды: красивой, яркой и пустой. Кстати, любопытна история этого персонажа, основанная на достоверных фактах: Колаити придумала свою героиню («Анагоула» переводится с греческого как «тошнота»), записала клип как бы в шутку, иронизируя над типичностью образа поп-иконы, и выложила в Интернет, а наутро проснулась звездой греческого Ютуба — зрители не считали иронию и приняли ее за реальность. Забавная история ее «успеха» входит в ткань рассказа как мотивирующая.

Если говорить вообще о том, как спектакль сконструирован, то это множество перформансов, составляющих единое повествование. Всего их одиннадцать: «Селфи-дневники», «Зеркала, или Многоликая реальность», «Жена президента», «Чайная церемония» и другие, о них подробнее рассказано в программке. У каждого перформанса есть свой автор идеи и целая команда, которая помогала его реализовать.

В основе спектакля — пьеса, написанная режиссером-постановщиком Инной Дулерайн по мотивам средневекового китайского романа Юе Дуна «Приложение к путешествию на Запад, или Башня мириад зеркал». Дулерайн сама сыграла в спектакле одну из главных ролей — доктора Колосову из России, создателя уникального аппарата, помогающего сделать фантазии реальностью. Ее искусственный интеллект преломляет реальность героев, предоставляя альтернативные возможности. Интересный факт о персонаже Дулерайн — режиссер наделила доктора своей настоящей девичьей фамилией.

Абсурд и сюрреализм, реальность и выдумка — ими наполнен весь спектакль с истинно философским подтекстом. Если «жизнь есть сон», то не является ли освобождение смертью, как считала создательница «Психоза» Сара Кейн? Такие депрессивные мысли преследуют героиню и напрашиваются в финале при рождении Короля Обезьян Сунь Укуна, когда сцену заливает белым светом, а магическая Айвинг Хну исполняет свой танцевальный буто-перформанс, пробуждаясь ото сна, освобождаясь, и по-буддистски познает пустоту, рождаясь для новой реальности.

Источник